Судебная практика: соотношение медиативного и мирового соглашений

57

Федеральным законом от 27 июля 2010 г. N 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» (далее — Закон о медиации), а также Федеральным законом от 27 июля 2010 г. N 194-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» созданы условия для интеграции медиации в российскую правовую культуру. Законодатель институализировал медиацию как легитимный способ урегулирования правовых споров, что является основанием для ее дальнейшего использования в различных сферах юрисдикционной деятельности. Пока институт медиации не нашел широкого распространения, тем не менее в судебной практике его применение вызывает вопросы.

 

Данная статья подготовлена на основе анализа судебной практики (Определения Арбитражного суда Красноярского края от 7 марта 2017 г. по делу N А33-23579/2015, от 30 мая 2017 г. по делу N А33-23579/2015, от 21 мая 2018 г. по делу N А33-23579/2015; решение Арбитражного суда Красноярского края от 4 июня 2018 г. по делу N А33-4382/2018; Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 15 августа 2018 г. по делу N А33-23579/2015).

 

Медиация — это особым образом организованные переговоры с участием специального субъекта — медиатора, который содействует устранению разногласий и достижению соглашения, отвечающего интересам сторон правового спора. В Законе о медиации дано следующее определение: процедура медиация — способ урегулирования споров при содействии медиатора на основе добровольного согласия сторон в целях достижения ими взаимоприемлемого решения.

Правовое регулирование медиации имеет свои особенности.

Во-первых, тип правового регулирования. Поскольку медиация относится к внеюрисдикционному способу урегулирования правового спора, основанному на большей свободе сторон, их добровольности, активности, инициативности, сотрудничестве и равноправии, то законодателем использован дозволительный тип правового регулирования. Это следует учитывать при применении норм Закона о медиации. Законодатель определяет только сферу императивных запретов, все остальное находится в рамках усмотрения участников медиации.

Во-вторых, предмет правового регулирования. Законодатель упорядочивает деятельность участников медиации (сторон правового спора), медиаторов, направленную на урегулирование правового спора в рамках внеюрисдикционной процедуры. Законодательство закрепляет принципы проведения медиации; требования, предъявляемые к соглашениям, заключаемым в связи с применением процедуры медиации; правовой статус медиаторов, объединений медиаторов. Закон о медиации регулирует только отношения самих участников правового спора применительно к процедуре медиации либо отношения медиатора с участниками правового спора.

Не относится к предмету правового регулирования Закона о медиации процессуальная деятельность судов (ч. 5 ст. 1 Закона о медиации), поэтому суды выведены за рамки субъектов, чья деятельность подпадает под действие Закона о медиации. Все процессуальные вопросы, связанные с применением процедуры медиации в гражданском, арбитражном процессе, регламентируются Федеральным законом от 27 июля 2010 г. N 194-ФЗ, которым внесены изменения в Гражданский процессуальный кодекс РФ, Арбитражный процессуальный кодекс РФ, Гражданский кодекс РФ и др. Поэтому процессуальная деятельность судов, связанная с реализацией функции по примирению участников правового спора, в том числе путем направления на медиацию, регулируется процессуальным законодательством (АПК, ГПК), а не Законом о медиации.

В-третьих, Закон о медиации закрепляет частную модель медиации. В основу российского Закона был положен Типовой закон Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ) о коммерческой согласительной процедуре от 19 ноября 2002 г. В преамбуле к Типовому закону указано, что данный Закон рекомендован для разработки национального законодательства тем государствам, в которых пока отсутствует практика примирительных процедур. Поэтому при применении отечественного Закона о медиации необходимо в ряде случаев использовать системное толкование в совокупности с положениями Типового закона ЮНСИТРАЛ.

В-четвертых, специфика внеюрисдикционной природы медиации накладывает отпечаток и на медиативное соглашение: оно может включать в себя как правовые, так и неправовые вопросы. Соглашение сторон процедуры медиации по преодолению конфликта и урегулированию правового спора облекается в форму медиативного соглашения. Стороны процедуры медиации сначала находят наиболее оптимальный с точки зрения реализации их интересов вариант решения проблемы, затем подбирают наиболее подходящие юридические конструкции, направленные на претворение в юридическую практику достигнутых договоренностей, вырабатывают механизм их исполнения. Стороны процедуры медиации не ограничены в объеме правовых требований, переданных на урегулирование в рамках медиации, в том числе не связаны ни предметом, ни основанием иска, ни количеством заявленных в суд требований и могут в рамках одной процедуры медиации урегулировать весь комплекс правовых споров, как уже ставших предметом судебного разбирательства, так и тех, которые в суд не переданы.

В судебной практике при рассмотрении дел о банкротстве нередко возникает вопрос: является ли обязательным условием вступления в силу медиативного соглашения утверждение его судом в качестве мирового соглашения в каком-либо из судебных процессов? Для ответа на данный вопрос необходимо разграничить понятия «медиативное соглашение», «мировое соглашение», а также выяснить, какое значение для судебного процесса будет иметь медиативное соглашение, заключенное по спору, находящемуся в производстве суда.

Медиативное соглашение — письменное соглашение сторон процедуры медиации, заключенное по итогам проведения процедуры медиации и направленное на урегулирование правового спора (споров) на основании интересов сторон. Медиативное соглашение заключается только по итогам проведения медиации, других оснований для его заключения не существует.

Мировое соглашение — это утвержденное судом соглашение сторон судебного разбирательства об урегулировании спора на основе взаимных уступок. Мировое соглашение имеет смешанную правовую природу. С одной стороны, оно содержит обязательства сторон, направленные на разрешение правового спора (порядок использования прав и исполнения обязанностей) — материальной правовой природы. С другой — для того, чтобы мировое соглашение повлекло юридические последствия, необходима совокупность процессуальных юридических фактов — процессуальная правовая природа. При этом фактический состав включает в себя:

а) факт обращения сторон мирового соглашения с ходатайством (заявлением) в суд об утверждении соглашения в качестве мирового — правообразующий процессуальный юридический факт, который порождает обязанность суда рассмотреть ходатайство лиц, участвующих в деле, об утверждении мирового соглашения;

б) факт рассмотрения судом в судебном заседании заявления об утверждении мирового соглашения на предмет соответствия предъявляемым законом требованиям (мировое соглашение не должно противоречить законодательству и нарушать права и обязанности других лиц) — правореализующий процессуальный юридический факт;

в) факт принятия определения суда по итогам рассмотрения вопроса об утверждении мирового соглашения (либо утвердить мировое соглашение и прекратить производство по делу, либо отказать в утверждении мирового соглашения) — правопрекращающий процессуальный юридический факт.

Доктринальный анализ сущности, природы медиативного соглашения, системный анализ норм Закона о медиации и Арбитражного процессуального кодекса РФ позволяют сделать вывод, что медиативное соглашение, предусматривающее порядок урегулирования правового спора, в случае, если спор находится в производстве суда, автоматически не порождает процессуальные последствия, не приобретает черты мирового соглашения.

 

Медиативное соглашение может быть «трансформировано» в мировое соглашение в арбитражном процессе при соблюдении следующих условий.

  1. Спор, который выступал предметом рассмотрения в медиации, тождествен полностью или в части правовому спору, являющемуся предметом судебного разбирательства. Если предмет медиации шире, чем предмет судебного разбирательства, то суд может давать правовую оценку только заявленным в суде требованиям, он не может рассматривать вопрос о требованиях, не включенных в предмет судебного спора. Если предмет медиации уже, чем предмет судебного разбирательства, то суд может решить вопрос о прекращении дела в части, а в части, не урегулированной в процедуре медиации, должен продолжить рассмотрение по существу.

 

  1. Волеизъявление сторон процедуры медиации об утверждении условий медиативного соглашения в качестве мирового выражено в письменном виде. Оформление такого волеизъявления сторон в арбитражном процессе возможно следующими способами: а) путем непосредственной фиксации договоренностей в тексте медиативного соглашения (стороны могут включить в текст соглашения положение о том, что медиативное соглашение или его часть сторонами рассматривается как мировое соглашение, которое они после подписания представляют в суд для утверждения); б) путем составления на основании медиативного соглашения самостоятельного письменного документа, именуемого «мировое соглашение», который будет представляться в суд для утверждения.

 

  1. Субъектный состав медиативного и мирового соглашений тождествен. Суд может утверждать соглашения только в отношении лиц, участвующих в деле.

 

Положения ч. 3 ст. 12 Закона о медиации о том, что медиативное соглашение, достигнутое сторонами в результате процедуры медиации, проведенной после передачи спора на рассмотрение суда, может быть утверждено судом в качестве мирового в соответствии с процессуальным законодательством, необходимо толковать системно с учетом типа и предмета правового регулирования. Поскольку Закон о медиации регламентирует правоотношения между сторонами правового спора по его урегулированию в рамках процедуры медиации, то норма ч. 3 ст. 12 адресована не суду, а сторонам процедуры медиации.

Мировое соглашение в ч. 3 ст. 12 Закона о медиации рассматривается как одна из возможных форм окончания судебного процесса, если спор, урегулированный в медиации, был предметом судебного рассмотрения. Но это не единственный вариант окончания дела в арбитражном процессе, если стороны по находящемуся в арбитражном суде спору заключили медиативное соглашение. В частности, на основании медиативного соглашения возможен отказ истца от иска, признание иска ответчиком, оставление заявления без рассмотрения, признание фактических обстоятельств дела. На это обращают внимание и высшие судебные инстанции.

Так, в п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 июля 2014 г. N 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе» указывается, что по итогам использования примирительной процедуры стороны могут заключить мировое соглашение в отношении всех или части заявленных требований, которое утверждается арбитражным судом в порядке, предусмотренном ст. 141 АПК РФ. Исходя из положений АПК РФ другими самостоятельными результатами примирения сторон, помимо мирового соглашения, могут быть также частичный или полный отказ от иска (ч. 2 ст. 49), его частичное или полное признание (ч. 3 ст. 49), признание обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, соглашение по обстоятельствам дела (ст. 70). Аналогичные разъяснения даны Верховным Судом РФ в Справке о практике применения судами Федерального закона от 27 июля 2010 г. N 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» за период с 2013 по 2014 год (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 1 апреля 2015 г.).

 

Медиативное соглашение, рассчитанное на добровольное исполнение, порождает права и обязанности для сторон с момента его заключения, в связи с чем оно не нуждается в утверждении каким-либо юрисдикционным органом, в том числе судом. Законодательство не предусматривает обязанности участников процедуры медиации по спору, находящемуся в производстве суда, представлять медиативное соглашение после его заключения в суд для приобщения к материалам дела. Поскольку передача спора из суда на медиацию является реализацией диспозитивных полномочий лиц, участвующих в деле, и российское законодательство не закрепляет обязанность арбитражного суда направлять участников арбитражного процесса на медиацию, то и представление медиативного соглашения в суд является реализацией принципа диспозитивности.

 

Таким образом, необходимость представления в суд медиативного соглашения определяется самими сторонами; при этом оно представляется в суд не для придания ему юридической силы, а только как документ, фиксирующий факт договоренности сторон по процессуальным вопросам, в частности о формах окончания дела в суде (отказ от иска, признание иска, мировое соглашение и т.д.). Так, факт приобщения к материалам дела о банкротстве медиативного соглашения без соответствующих процессуальных ходатайств со стороны лиц, участвующих в деле, не порождает процессуальной обязанности арбитражного суда инициировать рассмотрение вопроса об утверждении медиативного соглашения в качестве мирового.

Загайнова С.К

По материалам Информационно-Аналитического портала ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО И ПРАВО